История Костромы

Панорама Ипатьевского монастыряСамобытность Костромы «не похожа» на самобытность других городов Центрального района России. Своеобразие ее облику дает, прежде всего, широкая неспешно-величавая река Волга, разделившая наш город на две, теперь почти одинаково равные части, а ее берега, всхолмленные немного поодаль от воды, столетиями предоставляли целым поколениям строителей отличную возможность обогатить реальный архитектурный силуэт Костромы.
Памятник князю Юрию ДолгорукомуНа челе Костромы лежит «отметина столетий». Пусть не сохранились остатки первого костромского кремля над рекой Сулою, основанного, по записям известного историка В.Н.Татищева, в 12 веке Юрием Долгоруким, зато производят глубокое впечатление до ныне земляные валы, сменившего его в начале 15 в. нового кремля на месте сегодняшнего парка отдыха. А каменные воздушные ансамбли Ипатьевского и Богоявленского монастырей, сохранившиеся холмы «Нового города», превосходно отдекорированный храм Воскресения на Дебре и пр. убедительно и достоверно показывают, как расцвела наша Кострома в XVI—XVII вв., после устранении недальнего агрессивного Казанского ханства, став третьим по численности населения, после Москвы и Ярославля, русским городом, одним из крупнейших центров транзитной русской торговли.
Стоит не спеша прогуляться по старой Костроме, и станет ясно, что этот город построен по тщательно продуманному плану. Однако в недрах областного архива хранится Книга Костромы 1628 года, отразившая город в виде сплетения улиц и переулков, скользящих мимо и сквозь овраги, рощи, «грязи», пруды и т. п. Древний город был уничтожен страшным пожаром в мае 1773 года. Через долгих шесть лет Кострома стала, наконец, центром наместничества, что потребовало строительства целого комплекса присутственных мест. Поэтому комиссия московских архитекторов разработала план застройки города Костромы, утвержденный в 1784 году и получивший статус закона. Воплощение данного проекта в жизнь началось уже через три года и первым объектом стала площадь Революции. (сейчас Сусанинская площадь).

Первые упоминания

"Кострома не зря принадлежит к числу тех русских небольших городов, история которых плотно связана с судьбой всей России, а памятники, дошедшие до наших дней, повествуют своими живыми образами о дорогом для русской души прошлом. И в этом плане Кострома, одно из древнейших известных на Руси поселений, даже более других скопила в себе массу бесценного для воспоминаний. Даже в названии Костромы, над разгадкой которого, якобы задумчиво, останавливается ученый исследователь, скрыто очарование былой старины. Быть может, от языческого имени у славянского божества весны – Костромы – воспринял и примерил на себя город это поэтическое название.
Похороны Костромы
Похороны Костромы

Среди праздников, укладов и обрядов, в которых выразилась мысль о засыпающих силах природы, был проводимый в летнее время обряд, известный в простонародье под названием похорон Костромы. Видимо, обряд этот некогда принадлежал в старину к купальским языческим игрищам и происходил так: девушки выбирали из своего круга одну, которая должна была быть Костромой, к ней подходили с подарками и поклонами, затем укладывали её на доску и с песнопением несли к реке, где начинали её купать, а старшая из девок сгибала из лубка лукошко и колотила в него, как в бубен; после чего возвращались в деревню и праздник продолжался. Иногда Костромой была кукла, которую вили из соломы, одевали в женское платье и украшали цветами, ставили в корыто и с песнопением относили к реке; собравшаяся тут толпа делилась на две половины: кто-то защищал куклу, а кто-то нападал и старался овладеть ею. Борьба заканчивалась победой нападающих, которые хватали куклу, срывали с неё одежду и украшения, а ее тело-солому топтали ногами и кидали в воду, в то время, как побежденные предавались наигранному горю, причитали, голосили и как бы оплакивали гибель Костромы. Возможно, что кукла эта изготовлялась не только из соломы, но также из веток, прутьев и трав, и что именно так она и получила название Кострома, имеющие в областных говорах общие корни.
Первое летописное дошедшее до нас упоминание о Костроме относится, где-то, к 1213 году, и с этого момента начинается уже достоверная её история. Однако без сомнений, что начало Костромы, как русского поселения, положено было намного раньше упоминания её летописью. Первоначально основана была Кострома на правом берегу реки Волги, что возможно вызвано условиями ландшафта, так как правый волжский берег более гористый, чем левый, и менее подвержен затоплению водою во время паводка. Упоминание Костромы относится ко времени междоусобной борьбы сыновей князя Всеволода III «Большое гнездо».
В то время когда Константин Ростовский стал умышлять против Юрия и братьев из-за главенства, Юрий Всеволодович совместно с Ярославом, Святославом, Иоанном и Давыдом Муромским двинулся на Константина к Ростову. Последний же, узнав о походе серьезной рати против него, «послал полк свой на Кострому». Кострому выжгли по свидетельству летописи, а жители ее были взяты в плен. То есть, Константин хотел расчистить себе свободный путь для экспансии во Владимирско-Суздальскую волость и далее к Владимиру. Известно, усобица закончилась разгромом Юрия, и Константин стал Великим князем.
Вскоре наступило для Руси тяжкое время – нашествие Батыя; вероятно, новому разграблению подверглась и Кострома, не успевшая отстроиться после пожара в 1213 году. Возрождение свое Кострома начала, когда на великокняжеском троне сел Ярослав Всеволодович. Все сыновья Ярослава уже получили наделы, а для родившегося сына Василия нужен был свой удел. И вот Ярослав Всеволодович разбивает город Кострому, как раньше построил он Тверь для сына Ярослава. Кострома после прохода Батыя второй раз была в руинах. Ярослав Всеволодович нашел для Костромы место, более чем удобное для речных коммуникаций с другими городами и более надежное от частых набегов степняков – на левом берегу реки Волги в устье реки Костромы. Здесь он отстроил город, возвел церковь соборную Феодора Стратилата (имя которого он получил при крещении) и назначил в Кострому князем сына своего «мизиннаго» Василия (род. 1241 г.), кто первым из русских князей начинает именоваться князем Костромским.
Так возникло в половине XIII века костромское княжество, и образование его освящено было, якобы, явлением юному князю Василию Ярославовичу чудотворной иконы Божией Матери.
Феодор Стратилат вносит Феодоровскую икону в Кострому
Феодор Стратилат вносит Феодоровскую икону в Кострому

В 1272 году князь Василий Ярославович, по прозвищу «Квашня», вступил на великое Владимирское княжение. Однако он не стал менять резиденции и в течении пяти лет, до самой смерти его, Кострома была столицею великого княжества. Вероятно, в это время положено было основание Костромскому Кремлю.
Так как князь постоянно жил в Костроме, то и похоронен он здесь в церкви Феодора Стратилата. Место, где был его прах, к сожалению, достоверно не известно.
По вступлении на княжение племянника его – сына Александра Невского Дмитрия, Кострома потеряла своё первостепенное значение, и оно ожило только на время, когда Кострома попала снова в удел к Иоанну Димитриевичу, бывшему по наделу князем Костромским с 1293 по 1300 г., а затем попала Борису Андреевичу, помершему здесь же в 1303 году.
В 1034 году получила начало известная в истории междоусобица из-за княжения, окончившаяся победой великого князя Иоанна Даниловича Калиты, начавшего повелевать князьями и господствовать как глава России. С этого самого времени, т.е. с 30-х годов XIV в., начинается в сложной истории Костромы, вошедшей в великое княжество Московское, новый период, и управление городом Костромой предоставлено стало воеводам и наместникам по усмотрению князей.
Из событий знаменующих данный период нужно отметить возведение здесь татарским мурзою Четом Ипатьевской обители. Дошедшие до нас сведения об основании её такие: «Добрая слава великого князя Иоанна Даниловича привлекла к нему людей знаменитых из разных стран, соседних России. В числе них был и мурза Чет, выехавший в Москву из орды. На пути к Москве Чет остановился для обычного отдыха у Костромы. Ехал он в Россию не для грабежа, как делали его предки, но для мирной жизни и службы. И вот «Пресвятая Владычица, силою огненных лучей чудного лика своего сохранившая Кострому от татар, является их потомку в чудном видении, чтобы снять с него духовную слепоту и просветить верою Христовою». В память чудного этого явления Чет, в св. крещении значится Захария, воздвиг на месте своего видения обитель во имя епископа Ипатия.
Эта-то обитель и стала впоследствии «колыбелью Царственного дома Романовых».
В начале княжения Димитрия Иоанновича Кострома вкупе с другими городами и областями русскими понесла тяжкое бедствие. Осенью 1364 года разыгралась здесь моровая язва, похитившая великое множество душ. По описанию, болезнь эта была такова: «сначала как рогатиной ударит за лопаткой или под грудь или между плечами и больной начнёт харкать кровью и испытывать сильный жар, потом бросит его в пот, а затем начинается бред: через два или три дня больной умирает». Смертность была так велика, что не успевали хоронить и в одну яму закапывали по десять человек.
Позднее Кострома попала под свирепый кистень новгородских разбойников – ушкуйников, и была взята ими.
Походы ушкуйников совершались нередко, и особенно полное разграбление ими Костромы относится 1375 году. Когда великий князь был под Тверью, из Новгорода спустились на 70 ушкуях по Волге разбойники. Они вышли к стенам города и изготовились к сече, жители в броне вышли против них с городским воеводою. Новгородцы, меньшие числом, разделились на две части; одна пошла лесом в обход, чтобы зайти в тыл костромичам, другая пошла прямо на рать. Воевода, увидев сей маневр, не рискнул вступить в бой и, бросив город на произвол судьбы, убежал; за ним побежали и костромичи, многих из них убили, остальные разбежались по лесам и попали в плен. Разбойники разграбили всё имущество оставленное жителями трусами. Целую неделю ушкуйники хозяйничали в городе. Так, разграбив город и забрав пленных, двинулись вниз по Волге.
Однако из следующих событий можно указать и на случаи, когда Кострома была оплотом и убежищем для великих князей. Так было при нападении Тахтамыша, когда Дмитрий Донской выступил из Москвы собирать войско –сначала в Переславль и оттуда со всем своим семейством приехал в Кострому. Так же был поход Эдигея, когда великий князь Василий Дмитриевич поручил защиту Москвы своим родственным князьям. Здесь же прятался и великий князь Василий Васильевич Тёмный с женой и матерью из-за нападения на Москву галичского князя Юрия Димитриевича.
«Трудно понять, почему великие князья избирали именно Кострому своим убежищем. Были города гораздо безопаснее и более укреплённые, но, вероятно, усердие и верность костромичей были порукою безопасности», так излагал один из историографов Костромы.
Совершенно исключительная роль досталась Костроме в смутное время, когда городу суждено было стать «царственною колыбелью». Но временам торжества России предшествовали тяжкие годы испытаний.
Вскоре же после известного свержения первого самозванца явился и второй, известный под названием «Тушинского вора». Во главе «воровского» войска стоял Лисовский и донской казачий атаман Заруцкий. Города без боя начали сдаваться самозванцу. После серьезного разгрома у Ростова отряды Лисовского стали появляться в поволжских городах и двинулись к Костроме, разрушая и грабя всё на своём пути. 30 декабря 1608 года войска самозванца взяли Кострому и подвергли её ужасному разграблению. Часть жителей заперлась в Богоявленском монастыре, долго держала нападение, но все же сдалась. Неприятели сперли всё монастырское имущество и убили многих монахов. В январе 1609 года пошли в Галич, оставив гарнизоном в Костроме большой отряд мятежников с пушками, однако войсковое ополчение северных городов – Солигалича, Вологды и др., освободивших в конце зимы Галич, успело к Костроме, и после жестокой сечи на костромских улицах, продолжавшейся с 28 февраля и по 3 марта, враг был изгнан из Костромы. Тогда неприятельские отряды засели в Ипатьевском монастыре под командой некоего Вельяминова. Вскоре на помощь Костроме подоспели ярославцы под началом царского воеводы Жеребцова и в июне 1609 года осадили монастырь. Лисовский, услыхав о жалком положении своего отряда, поспешил на подмогу к Вельяминову, но за отсутствием лодок для переправы вынуждён был уйти. Жеребцов же выбил из Ипатьевского монастыря захватчиков, которые отступили к Святому озеру, где после жестокого сражения были окончательно уничтожены.
Земский собор 1613 года
Земский собор 1613 года
Россия лежала в руинах, когда созван был в 1613 году в Москве Земский собор с целью избрания русского царя. После 3-дневного поста состоялось открытие в Патриарших палатах. Нельзя не пожалеть о недостаточности сведений относительно самих заседаний собора. В официальных документах упоминается только о завершающем собрании, которое состоялось 21 февраля и закончилось тем, что выборные земские люди церемонно на площади заявили о желании видеть на троне Михаила Феодоровича Романова. После присяги вновь избранному царю, земский собор решил отправить Михаилу Феодоровичу посольство с челобитной, чтобы последний пожаловал на свой престол в Москву. 2 марта уполномоченное посольство выехало из града Москвы во главе с близким родственником царственного избранника боярином Феодором Ивановичем Шереметевым. Занимательно, что земский собор не знал доподлинно, где именно был в то время Михаил Феодорович, во всяком случае, в наказе, переданном послам, сказано было, чтоб они двигались «в Ярославль или где он, Государь, будет».
И вот в эту памятную годину, когда все надежды Руси обращены были к российскому царю, Костроме выпала судьба сокрыть его в своей надежной святой обители. Не стоит повторять известной всем истории о том, как героически пожертвовал Иван Сусанин жизнью своей и поляков для спасения царственной особы, проживавшего в то время вместе с матерью в родовой обители – селе Домнине, расположенном от Костромы в 70-ти верстах. Опасаясь покушений ляхов и разбойничьих шаек, Михаил Феодорович спрятался в Костроме, жители которой в ожидании прибытия посольства, упросили его разместится в Ипатьевском монастыре, как самом приличном для царственной персоны месте. 13 марта, вечером Московское посольство наконец прибыло в Кострому. Оно разместилось на правом берегу реки Волги, в пригородном селе Новоселки, напротив самой Костромы и с шикарным видом на Ипатьевскую обитель. Прием назначен был на следующий после прибытия день, и всю длинную ночь послы провели в важных совещаниях с костромскими представителями власти относительно намеченного торжественного шествия к вновь избранному царю. 14 марта после заутренней службы для костромичей открылось величественное зрелище. Под звонколоколов посольство выступило и двинулось прямым ходом по льду к Ипатьевскому монастырю. Во главе шли архимандриты, протопопы и прочие дьяки, духовенство с хоругвями, привезенными из Москвы, затем следовали архиепископ Феодорит и известный боярин Феодор Шереметев, за ними все прочие. Дойдя до самого устья реки Костромы, отделяющей Ипатьевский монастырь от города, посольство остановилось, так как из ворот города выступало с чудотворной иконой Феодоровской Божией Матери обширное костромское духовенство, сопровождаемое простым народом, во множестве своем собравшемся даже из ближних сёл. Всё соединилось в единый общий крестный ход и двинулось к монастырю, у ворот которого ждали Михаил Феодорович и инокиня Марфа Ивановна, в окружении монастырской братией. Известно, как восприняла инокиня Марфа объявление посольства о решении земского собора. И мать и сын еле были упрошены проследовать за крестным ходом в монастырскую церковь. Здесь, по совершении молебна, сперва архиепископ Феодорит, а потом и боярин Шереметев, произнесли «речи», в которых упрашивали Михаила, чтобы он «умилился над остатком много расхищенного от распленения сыроядцев православного христианства Российского царства, не призирал бы народного слёзного рыдания и, по избрании всех чинов людей, пожелал бы ехать на свой царский престол в Москве и своим благородием подал бы избаву от всех находящих бед и скорбей». Долго шли переговоры, пока архиепископ, указав на принесенные из Москвы иконы, произнёс своё горячее слово: «Воистину убо от бога избрани есте и не прогневайте всех Владыку и Господа». Михаил и Марфа упали в нижний поклон и в один голос ответили послам: «А ще на то будет воля Божия, буди тако». Немедленно боярин Шереметев отправил земскому собору письмо с извещением о согласии Михаила Феодоровича и «Бысть же в тот день на Костроме радость велия».
19 марта Царь русский Михаил Феодорович, призванный на Российский Престол, убыл из Костромы в Москву, а оттуда в честь избрания своего прислал в Ипатьевскую монастырскую обитель царское место и богатые дары и вклады."
Бесплатно модули и шаблоны DLE скачать шаблоны для веб сайтов и GameFound - Video Games Database Search
Наверх